памяти императора

ЦАРЕУБИЙЦЫ

Мы теперь панихиды правим,
С пышной щедростью ладан жжем,
Рядом с образом лики ставим,
На поминки Царя идем..

Бережем мы к убийцам злобу,
Чтобы собственный грех загас,
Но заслали Царя в трущобу
Не при всех ли, увы, при нас?

Сколько было убийц? Двенадцать,
Восемнадцать иль тридцать пять?
Как же это могло так статься —
Государя не отстоять?

Только горсточка этот ворог,
Как пыльцу бы его смело:
Верноподданными — сто сорок
Миллионов себя звало.

Много лжи в нашем плаче позднем,
Лицемернейшей болтовни,
Не за всех ли отраву возлил
Некий яд, отравлявший дни.

И один ли, одно ли имя —
Жертва страшных нетопырей?
Нет, давно мы ночами злыми
Убивали своих Царей.

И над всеми легло проклятье,
Всем нам давит тревога грудь:
Замыкаешь ли, дом Ипатьев,
Некий давний кровавый путь?

Арсений Несмелов, 1929 (fb)

В кармане гимнастерки убитого большевиками Князя Владимира Палея (убит вместе с Князем Императорской крови Иоанном Константиновичем и другими Алапаевскими мучениками) нашли его стихотворение  :

Как ты жалка и окровавлена,

Моя несчастная страна!

Ты от позора не избавлена!

Ты в эти дни коснулась дна...

Терзают нас часы недужие

Нигде не видно берегов

И в горести враги наружные,

Добрее внутренних врагов.

В страницу славы непочатую

Вонзились грязные мечи —

И перед Родиной распятою

Одежды делят палачи.

И длится страшное видение,

Блестит смертельная коса..

О, где же Бог?.. Где Провидение?!..

О, Как безмолвны небеса!

----

Sergey Vinogradov (fb)