gallago (gallago) wrote,
gallago
gallago

Category:

Рассказ военврача

Рассказ военврача

9 октября к Лопатино \около Вязьмы\ подошли передовые немецкие части. О дальнейших событиях Муратов рассказывает так:
«В 2 часа дня на шоссе показались немецкие танки, идущие в направлении Вязьмы, а к больнице двигалась цепочка немецких солдат человек в 30. Я и Кудинов вышли встретить немцев. Я объяснил офицеру, что я являюсь врачом, а привлекшее его внимание здание - больница, в которой лежат раненые военнослужащие частей Красной Армии. Офицер выделил двух солдат и одного унтер-офицера для производства обыска. В результате обыска немцами были изъяты четыре винтовки, один автомат, две гранаты и три или четыре винтовки были подобраны ими во дворе госпиталя (больницы). После обыска нас оставили в покое, и мы занялись уходом за ранеными, немцы расположились во дворе госпиталя».
«Мимо больницы проходили отдельные воинские части и подразделения, некоторые из них проявляли интерес к нам, как в военнослужащим Красной Армии и заходили на нас посмотреть.
До 12 октября я руководил всей работой и жизнью госпиталя.
12 октября в Лопатинскую больницу немцы прислали группу пленных медицинских работников в общей сложности до 40 человек, из них врачей человек 15-18. Среди них был помощник начальника одного из госпиталей 19 армии военврач 2го ранга Абрамович Яков Александрович, по специальности врач-хирург. Учитывая, что и по званию, и по занимаемой им до пленения должности он являлся по положению старше меня, я предложил ему возглавить госпиталь. Абрамович согласился, однако на следующий же день отказался от этого и просил, что бы все руководство я взял на себя. Этому предшествовало следующее событие. В госпиталь явился немецкий офицер в сопровождении группы вооруженных солдат человек приблизительно в 30, и отдал распоряжение Абрамовичу собрать во дворе всех выздоравливающих раненых для дальнейшего направления их в лагерь для военнопленных. Передача мне Абрамовичем функции начальника госпиталя рассматривалась мною как его боязнь или нежелание отвечать за несвоевременное выполнение распоряжения немецкого командования».

Впрочем, по словам Муратова распоряжение немецкого офицера Абрамовичем было выполнено, в тот же день, в госпитале был оставлен унтер-офицер с пятью солдатами, установили в госпитале определенный режим. Он заключался в том, «что всем раненым и медицинскому персоналу с 8 часов вечера и до рассвета запрещалось выходить из помещений, а днем отлучаться без разрешения унтер-офицера, именовавшего себя комендантом госпиталя, с территории госпиталя для выполнения различных хозяйственных работ, как то копка картофеля на близлежащих полях, доставка воды с речки и др. Указания унтер-офицера и солдат были обязательными. Сбор продуктов питания для раненых в близлежащих деревнях осуществлялся только с особого разрешения унтер-офицера».

Первые операции проводились в буквальном смысле топором, позже врачам удалось найти среди брошенного при отступлении имущества необходимые хирургические инструменты.
Раненые стали регулярно, дважды в день получать горячую пищу и по 200 граммов хлеба. Конечно, это было не так уже много, но нельзя забывать, что в лагерях в Вязьме, а также других госпиталях и лазаретах не было даже этого, и пойманная кошка считалась большим подспорьем в питании.

В начале ноября в Лопатинском госпитале произошли коренные изменения — в свою часть был отозван немецкий комендант. С ним ушел и его небольшой отряд. Врач Муратов, озабоченно поинтересовался у него: «как же без комендантского поста мне отстаивать правовые положение госпиталя». Отбывающий унтер-офицер порекомендовал обратиться по этому вопросу к военному коменданту Вязьмы, который должен выдать положенные в таких случаях документы, дать соответствующие указания и разъяснить правовые положения госпиталя.

Местоположение госпиталя рядом с автомагистралью Москва-Минск по которой осуществлялось снабжение дивизий, наступающих на Москву, также оказывало свое влияние. В госпиталь обращались немецкие военные за медицинской помощью, в том числе за лечением зубов – кто-то из врачей оказался неплохим стоматологом. Им не отказывали, лечили, в том числе от обморожений. Правда отдельного «немецкого» отделения в госпитале не было.

Зато в госпитале стихийно возникла командирская палата, во главе которой был полковник Котлярский, как старший по званию. Он же взял на себя обязанности «негласного комиссара» госпиталя. «Необходимо было вселить в людей бодрость и уверенность в нашей конечной победе, необходимо было заставить замолчать болтунов и демагогов, необходимо было разъяснять людям как советские люди должны себя вести даже будучи в самых тяжелых условиях». Хотя основным поставщиком новостей была немецкая пресса, командирская палата анализировала и оценивала информацию, которая поступала от проходящих частей вермахта, и на ее основе давала «правильное толкование» слухам.

Впрочем, большинство раненых и медперсонала госпиталя думали лишь о том, как выжить в сложившихся условиях, добыть чуть больше еды и устроить свою жизнь.
Завхоз госпиталя майор Тимофеев организовал небольшую пошивочную мастерскую, в которой работали раненые и выздоравливающие. Шили теплую обувь из войлока - валенки, бурки, а также шапки и перчатки. Все это пользовалось повышенным спросом, как у раненых, так и немецких солдат. О масштабах производства информации пока нет, как и о доле изделий, поступавших немцам, возможно что-то отвозили и в Вязьму на продажу или обмен. Но «экспорт» неплохо оплачивался - «виде вознаграждения от немцев принимались консервы, мед хлеб, сигареты, табак». Естественно, что распределение товаров, полученных по бартеру, производилось не по социалистическим принципам: консервы, мед и частично сигареты с табаком, забирала себе верхушка госпиталя: Муратов, Тимофеев, завглаврача Вишневский, санитар Кудинов, который также управлял мастерской и переводчик Каминский. Остальное распределялось между больными и медперсоналом.
Tags: мемуар
Subscribe

  • Биография

    Александра Беляева -- Галковский Беляев был преуспевающим писателем в СССР, при этом не сидел, не был коммунистом, и не выдавал себя за…

  • “МП -- ЦЕРКОВЬ ЛУКАВНУЮЩИХ”

    4/17 января 1938 года постановлением Вологодского УНКВД был приговорён к расстрелу Новосвященномученик Михаил Александрович Новоселов, Епископ…

  • Ленин видел Россию колонией США

    Сколько заплатила советская власть банкирам, невозможно оценить. Но множество разорительных концессий и абсурдных проектов говорят нам, что…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • Биография

    Александра Беляева -- Галковский Беляев был преуспевающим писателем в СССР, при этом не сидел, не был коммунистом, и не выдавал себя за…

  • “МП -- ЦЕРКОВЬ ЛУКАВНУЮЩИХ”

    4/17 января 1938 года постановлением Вологодского УНКВД был приговорён к расстрелу Новосвященномученик Михаил Александрович Новоселов, Епископ…

  • Ленин видел Россию колонией США

    Сколько заплатила советская власть банкирам, невозможно оценить. Но множество разорительных концессий и абсурдных проектов говорят нам, что…