gallago (gallago) wrote,
gallago
gallago

Category:

Из доклада ШУЛЬЦЕ-РОНХОФА

ГЕНЕРАЛ БУНДЕСВЕРА В ОТСТАВКЕ ГЕРД ШУЛЬЦЕ-РОНХОФ.
ДОЛГАЯ ДОРОГА К ГЕРМАНО-ПОЛЬСКОЙ ВОЙНЕ.

Этот доклад генерал Шульце-Ронхоф читает перед жителями Германии на основе написанной им книги «1939 год. Война, у которой было много отцов. Длинная дорога ко Второй мировой войне».

Раньше я считал, что Вторую мировую войну развязал Гитлер, когда он против воли Польши и Англии стал силой решать вопрос Данцига и Польского корридора. В 1967 году израильский посол в Бонне Ашер бен Натан дал интересный ответ на вопрос одного журналиста: кто начал шестидневную войну и кто первым начал стрелять? Он сказал: «Это совершенно не имеет никакого значения. Решающим является то, что предшествовало первым выстрелам». Именно так я и подошел к вопросу, который раньше перед собой в такой форме не ставил: «А что, собственно, предшествовало первым выстрелам в 1939 году?».
За прошедшие годы я уже кое-что прочитал, что заставило меня отказаться от суждения, что Гитлер был единственным виновником Второй мировой войны. Естественно, мне пришлось задать себе вопрос: а откуда у меня это простое представление об истории? Было оно из тех источников, которые вы можете читать и сегодня, а также из учебной литературы школьного периода и той, которую нам в 50-е и в последующие годы предоставляли в бундесвере. И тогда я себя спросил: а что же учат сегодняшние школьники о возникновении Второй мировой войны?
После этого я прочитал учебник моей младшей дочери, по которому она училась в гимназии в Нижней Саксонии („Unsere Geschichte“, Band 4, Verlag Disterweg). Этот учебник истории показывает школьникам портрет правительства рейха, которое в 1939 году стремится к войне не для того, чтобы решить проблему Данцига, а чтобы завоевать Польшу.
Обосновывая это, учебник цитирует речь Гитлера, произнесенную 22 августа 1939 года, за неделю до начала войны. Она должна убедить учащихся, задача которых - усвоить, как началась война. В этой речи перед командным составом вермахта Гитлер говорит (так его цитирует учебник): «Противники не рассчитывали на мою большую решительность. Наши противники – это мелкие людишки, я видел их в Мюнхене. Но вот Польша попала в то положение, в котором я хотел ее видеть. Я боюсь только одного – что мне в последний момент какая-нибудь свинья вручит посреднический план». Я повторю последние слова: «Я боюсь только одного – что мне какая-нибудь свинья вручит посреднический план». Они говорят сами за себя и комментариев не требуют.
Проблема только в том, что они – фальшивка! Эти слова были специально сочинены для Нюрнбергского процесса, как и другие процитированные слова, вставленные в речь Гитлера, чтобы служить доказательством против обвиняемых.

..............


К моему удивлению, я обнаружил, что целый ряд иностранных историков упрекают свои правительства 20-30-х годов в том, что они могли бы легко предотвратить Вторую мировую войну, если бы этого хотели. Некоторые из них даже утверждают, что их правительства были среди тех, кто занимался разжиганием войны.

Каким же было германское вооружение в 30-е годы в сравнении с соседними государствами, то есть с Францией и находящимися с ней в союзе против Германии государствами. Если взять активные вооруженные силы мирного времени Германии, то в 1933 году они соотносились с таковыми у Франции и союзных с ней государств как 1 к 12. Если к этому приплюсовать еще и резервные вооруженные силы, то это соотношение можно выразить цифрами 1 к 97.
В 20-е годы, когда мы заключили с нашими соседями Версальский мир, в Германию вошли французские и бельгийские войска, польские и литовские военные части и полувоенные отряды. Если вы вспомните, что германские пограничные области либо на короткое, либо на длительное время были аннексированы, тогда сможете понять, что у немцев к 1933 году был совершенно определенный взгляд на вооружение. Большинство немцев тогда хотели прекращения этих действий наших соседей. Им было ясно, что при помощи имевшихся десяти дивизий рейхсвера осуществить это было нельзя. Большинство германского населения в 1933 году приветствовало вооружение своей страны. Но даже спустя 6 лет осуществления программы вооружения, в 1939 году, соотношение активных резервных и вооруженных сил Германии по сравнению с соседними государствами (то есть главным образом с Францией и Польшей. – Ред.) составляло 1 к 2,5 - всё еще не в нашу пользу.
.........
В 1939 году снова драматически ухудшились условия жизни и у немецкого меньшинства. Я уже упоминал, что поляки в 1920 году односторонне расторгли договор о защите меньшинств. Правительство рейха в ноябре 1937 году сделало еще одну попытку. Оно заключило с польским правительством договор о защите национальных меньшинств на двусторонней основе, который, правда, тоже действовал недолго. В 1939 году в Польше были закрыты немецкие школы, у немцев отнимали торговые и производственные лицензии, разрешение на ведение врачебных практик, поджигали крестьянские дворы, бойкотировали торговые учреждения, немцев избивали прямо на улицах.
А тех, которые хотели избежать этих издевательств, перебравшись на территорию рейха, подвергали на границе обстрелу и лишали жизни точно так же, как спустя десятилетия тех немцев, которые бежали из ГДР на Запад.
Несмотря на это до августа 1939 года на территории рейха и в Данцигской области в лагерях-приемниках было зарегистрировано почти 80.000 немецких беженцев.


С 1920 до 1939 года в Лиге Наций в Женеве было зарегистрировано около 15.000 жалоб от нацменьшинств Польши. На них Лига Наций не отреагировала, хотя это было ее долгом.
Министерство иностранных дел в Берлине только за последние полгода перед началом войны зарегистрировало 1.500 случаев нарушения прав, актов произвола и издевательств над немцами в Польше.


Тогдашний государственный секретарь фон Вайцзеккер, заместитель министра иностранных дел рейха и, кстати, отец будущего нашего президента, писал в своих мемуарах: «Наши дипломатические и консульские сообщения из Польши показывали, как в 1939 году волна беженцев становилась все выше и перекрыла первоначальную проблему Данцига и проезда через коридор».
В этой ситуации гуманитарной катастрофы Гитлер верил, что вполне быстро можно прийти к решению вопроса немецкого меньшинства,проблемы Данцига и коридора. Именно это он в 1939 году снова и снова повторял англичанам и французам как устно, так и в различных интервью и в письменных обращениях. Он снова и снова говорил англичанам и французам, что в этом году, в 1939-м, должно быть найдено решение германо-польских проблем и что принятие этого решения из-за трагической судьбы одного миллиона немцев в Польше нельзя дальше отодвигать.
С октября 1938 года Гитлер снова и снова выдвигал полякам предложения, а в августе 1939 года поставил ультиматум.
Из того, что я узнал, меня удивило, что Гитлер, оказывается, уже после того как у него в кармане был пакт о ненападении с Советским Союзом и он практически мог начать войну, уже после того, как вермахт был полностью подтянут к границам и оставалось только дать приказ о наступлении, время которого уже было назначено, - даже после всего этого Гитлер три раза отодвигал момент нападения.
Сегодня в дневниках офицеров вермахта можно прочитать, как он это обосновывал перед высшими генералами и адмиралами. Каждый раз он говорил: «Мне нужно еще время для переговоров».
И несмотря на это в германских учебниках пишут: «Я только боюсь, что мне в самый последний момент какая-нибудь свинья предложит план посредничества»!
В своих переговорах Гитлер пользовался посредническими услугами шведского промышленника Биргера Далеруса. Далерус имел отличные связи по бизнесу как в Лондоне, так и в Берлине. Вначале он предложил свои услуги Герингу. После трех дней переговоров посредническими услугами Далеруса воспользовался и сам Гитлер. Далерус делал то, что сегодня называется челночной дипломатией. В последние десять дней перед началом войны он ежедневно один или два раза летал из Берлина в Лондон и обратно, передавал дипломатические ноты и объяснял каждой стороне, как была понята их нота другой стороной, подсказывал, где еще возможны компромиссы и где их больше ожидать нельзя. То есть он играл роль честного посредника. Ход переговоров Биргера Далеруса можно реконструировать поминутно из его собственных записей.
Ход этих переговоров также можно восстановить по записям МИД Германии. И вот что во всем этом больше всего восхищает: все эти записи, будь то шведские, английские или немецкие, совпадают абсолютно. То есть можно быть совершенно уверенным, что в описании последних дней перед войной нет никакой ошибки. Благодаря этим записям доподлинно известно, как в эти последние дни шла борьба за мир, за разрешение спорных вопросов.
В наших школьных учебниках нет ничего об этих переговорах, об этих десяти днях борьбы за мирное решение проблем, нет ничего о гуманитарной трагедии украинского, еврейского, немецкого и белорусского народов в Польше.
Я нашел переговоры в последние десять дней перед началом войны настолько интересными, что описал их в своей книге день за днем, час за часом. События этих десяти дней читаются как криминальный роман.
Tags: канцлер, поляки, почему?, ревизия
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Рудольф Хенгстенберг

    Небольшая подборка картин Рудольфа Хенгстенберга (1894-1974). Рудольф был ветераном Первой мировой войны. В качестве художника участвовал в…

  • !!!

    https://www.youtube.com/watch?v=KsA6KMiaYg0 XXI век: торжество пропаганды. Тень Уолтера Липпмана Баумейстер расказывает о том, в какой степени…

  • новая мораль смерти

    Оклеветанный хореограф Лиам Скарлетт покончил с собой в 35 лет. "Культура отмены" отменила жизнь Лиама. ----------------------…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments