gallago (gallago) wrote,
gallago
gallago

Categories:

Луи-Фердинанд Селин

Известный своим циничным и нигилистичным стилем письма, Луи-Фердинанд Селин в 1936 году манифестировал преступность коммунистического режима в России.

Предшествовало этому путешествие писателя в Большевистскую Россию летом 1936. Француз два месяца жил в Ленинграде (ныне Санкт-Петербург) и имел сполна времени и возможностей наблюдать за так называемым «раем на Земле».

Саркастический, бескомпромиссный и едкий памфлет «Mea Culpa» («Моя вина», 1936) разоблачает идею, что лежит в основе коммунистической идеологии – материалистического человека, «мешок из плоти и костей». Эта идея, унижения человека к материи, и является крупнейшим рабством современности. Цинично и резко Селин постулирует, что природа человека – «мерзкая», поэтому новая социальная реальность не более камуфлированная, переименована и значительно ужаснее несправедливости.

Селин, романами которого восхищались даже социалистические вожди , естественно моментально становится персоной нон грата за текст, где утверждается, что «Советы погрязли в пропаганде, сахаром подслащивают дерьмо и выдают его за конфеты».

В 1937 из-под пера Селина выходит еще один памфлет – «Мелочи для погрома», где автор описывает детали своего пребывания в России.

Ленинград, город прекрасный, превратился в руины: коммунисты не способны следить за внешним видом роскошных зданий, построенных в царские времена – они осыпаются и оседают. Особое впечатление на писателя, что был медиком по специальности, оказала местная больница, где царила тотальная антисанитария, жуткая грязь и дефицит элементарных медицинских средств, но больше всего в этой картине пугали застывшие гримасы истощенных больных, а всё действо в советской больнице писатель прозвал не иначе как «морг».

В 1938 году Селин пишет роман «Школа трупов», где его ненависть к большевизму достигает невиданных масштабов. Писатель обвиняет демократические страны в финансировании большевистского террора и дальнейшем уничтожении более 30 миллионов русских. Автор вспоминает голод и страшные лишения, которые «пролетариат» должен терпеть во имя своей «свободы». Следовательно, весь Советский союз держится на чувстве страха и мощной пропаганде.

В то же время ни для кого не секрет, что в среде европейских интеллектуалов господствовали в основном советскофильские настроения. Многие вполне открыто заявлял о своей приверженности: Сартр, Шоу, Элюар, Арагон, Жид, Пикассо и десятки других.

Ученый Альберт Эйнштейн в публичном обращении к журналисту даже назвал сталинский террор «грубой ошибкой режима», усматривая, однако, «реальное улучшение жизни русского народа» (1934). А Жан-Поль Сартр даже после войны участвовал в кампании очистки репутации российских коммунистов, выступая против разоблачительных публикаций власти от тех, кто выжил в советских концлагерях.

Межвоенный период был пронизан лицемерными двойными стандартами, где европейские левые интеллектуалы могли простить десятки миллионов убитых «красным террором» лишь для построения эфемерного «рая на Земле». Цена нового порядка, который строился на крови миллионов невинных, была непомерно высокой — коммунизм был обречен на поражение. Луи-Фердинан Селин понял абсурд и ложь коммунистической идеологии довольно быстро, и взял на себя миссию предупредить европейцев о возможной катастрофе.





В конце Второй мировой войны обвиненный в сотрудничестве с оккупационными властями писатель был вынужден бежать сначала на юг Германии, в Зигмаринген, куда в то время переехало правительство Виши во главе с маршалом Петеном, а затем — в Данию, где его арестовали, предали суду и поместили в тюрьму. Впоследствии тюремное заключение было заменено на ссылку. В 1951 году покинутый друзьями и полузабытый на родине Селин по амнистии возвратился во Францию, поселился в парижском пригороде Мёдоне и фактически до конца жизни практиковал там в качестве врача для бедных. Он не только ни в чём не раскаивался, но и делал антисемитские заявления и отрицал холокост.

Новый шумный литературный успех пришёл к нему уже перед самой смертью, после появления первых двух томов автобиографической трилогии — «Из замка в замок» (D’un château l’autre, 1957) и «Север» (Nord, 1960), посвященной этому периоду жизни Селина. Завершающий трилогию роман «Ригодон» (Rigodon) увидел свет только в 1969 году, спустя восемь лет после смерти автора.

Влияние творчества Селина на современную литературу огромно. Можно назвать имена Генри Миллера, Эзры Паунда  и др.

Tags: книги, личности
Subscribe

  • Анастасия Цветаева о Пастернаке

    Анастасия и Марина Из статьи Юрий ГУРФИНКЕЛЬ Подземная река Беседы с Анастасией Цветаевой Метрах в пятистах виднелся дом Пастернака,…

  • Даррелл - человек правильных взглядов

    во всем. "Только звери" Эпизод обеда. В гостиной я застал Лору и двух юных пухлых евреек, которые бежали с материка в начале войны и…

  • книга Солоневича в Германии

    \от френдов в фб\ русское издание Немецкие издания "оказалось, что у меня две части книги разных изданий. Т.е., немцы эту книгу даже…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments