gallago (gallago) wrote,
gallago
gallago

Почему «новые красные» ненавидят Николая II больше, чем Гитлера

Есть все основания предполагать, что в 1905 году беспорядки начались именно там, где существовала британская агентурная сеть. Стреляли и взрывали в приморских и промышленных городах, на Кавказе, в Прибалтике, в Финляндии.

Нет никакой конспирологии в осознании факта: Россия воевала не только с Японией.

Сама же по себе Япония к тому времени - военная держава сопоставимая с Австрией или Италией (только покрепче их духом). Но России вдобавок противостояли британские штабы, лучшие в мире британские спецслужбы, британский и американский капитал.

До сих пор о 1905 годе судят по советскому мифу. Мол, «царское правительство» по собственной зловыйности устроило «кровавое воскресенье». Трудящиеся ответили стачками, восстали «Потёмкин» и «Очаков» (где отличился народолюбивый интеллигент лейтенант Шмидт). Потом под руководством большевиков полыхнуло праведное декабрьское восстание в Москве (где отличился народолюбивый предприниматель Шмит).

По сути же Россию сразу после начала японской атаки принялись рвать на куски.

В 1904-1907 гг. Российская империя пережила гибридную войну на дюжине фронтов. Левые и национал-сепаратисты в первый раз превратили войну империалистическую в войну гражданскую.

Ещё 3 июня 1904 г. застрелен генерал-губернатор Финляндии Бобриков. 15 июля 1904 года взорван министр внутренних дел Плеве - фактически глава правительства. 5 января после почти года осады капитулировал Порт-Артур.

9 января в Петербурге происходит - под лозунгами «за всё хорошее» - движение стотысячных толп, управляться с которыми тогда не умели нигде в мире.

Следом начинается февральское Мукденское сражение, завершившееся равными для сторон потерями по убитым и раненым. Полевая армия Японии была обескровлена и осадой Порт-Артура, и Мукденом. Однако Россия была парализована поднявшимися беспорядками: представьте, что большая часть насилий, пережитых россиянами в конце 1980-х - 2000-х, вывалилась на страну за пару лет.

По одной личности Петра Шмидта - неудачника из адмиральской семьи и тяжёлого психопата, сначала спровоцировавшего толпу напасть на севастопольскую тюрьму, а затем грозившегося подорвать на рейде Севастополя плавучий склад боеприпасов - можно составить впечатление о том, чем обыкновенно были тогдашние эксцессы, записанные в число преступлений лично императора.

Можно как угодно относиться к М.С. Горбачёву, но именно его ненавистники в самую последнюю очередь готовы поставить ему в личную вину затоптанных толпой в Тбилиси в 1989 г., погибших при вводе войск в охваченный погромами Баку в 1990 или застреленных из разнокалиберного оружия в Вильнюсе в 1991.

Затруднительно разом обвинять руководителя и в слабости, и в том, что устроенные против властей беспорядки и провокации привели к человеческим жертвам.

Собственно, кроме 9 января, в вину «кровавому режиму» внятно ставят, как правило, «Ленский расстрел», то есть огонь, 4 апреля 1912 г. открытый по толпе забастовщиков на Ленских золотых приисках. Отдавший приказ об открытии огня ротмистр Трещенков был разжалован в рядовые и в 1915 г. погиб добровольцем на австрийском фронте.

Разумеется, действия ротмистра были преступными даже по меркам того времени, когда с толпою не церемонились нигде в мире, а толпа не щадила тех, кто был ей не по нраву. Разумеется, ни император, ни правительство не имели к этим событиям никакого отношения. Зато ленское кровопролитие вполне объясняется жутковато-снисходительной фразой Зощенко: «После гражданской войны нервы у народа порасшатались».

.......

Допустим, что можно считать неописуемо позорной войну с атаковавшей русские базы Японией, проигранную с меньшими, чем у противника, жертвами и шедшую на фоне гражданской смуты, межнациональных конфликтов, разжигавшегося извне террора.

Но чем тогда считать войну с Финляндией (вдесятеро меньшей по населению, чем Япония начала века), ведшуюся в непосредственной близости от заводов, арсеналов, госпиталей Ленинграда, в которой советские потери превысили финские то ли втрое, то ли в пятеро, а Финляндия из потенциально нейтральной страны стала союзником завтрашнего агрессора?

Николай II - действительно царь Мукдена. Так же, как Александр I - царь Аустерлица, Фридланда, Бородина. Тяжёлых, но отнюдь не позорных поражений от сильного противника.

Мукден 1905-го и Танненберг 1914-го стали для России Аустерлицами, но речи не шло, что опасность угрожает Москве или Петербургу. России нужно было только время, хотя бы полгода-год, чтобы додавить противника, хотя бы десять лет, чтобы стать неуязвимой для нападения извне или изнутри.

Это время у России украли. В том числе те глумливые легионы, внушавшие каждому, от интересующейся политикой курсистки до самого императора, кто же самый ненавидимый человек России.

И если император, окружённый путчистами, действительно отрёкся, то было смертельной усталостью от двадцати с лишним лет клеветы и проклятий и надеждой хотя бы так усмирить обезумевшую себе на погибель страну.

Люди, создающие теории об историческом возмездии «немцам Романовым», гораздо более суеверны, чем те, кто понимает: 17 июля 1918 года был поставлен окончательный крест на варианте истории, где Россия на глазах становилась европейским лидером ХХ века.

В такой России имелось бы всё, что считают советскими ноу-хау, но немыслима была бы тысяча специфически советских ужасов, до сих пор корёжащих нашу жизнь. Возможности этого варианта сгорели.

17 июля 1918 года Россия окончательно встала на рельсы в реальности, в которой надолго нормой оказалось убивать сдавшихся в плен, их детей, подчинённых, знакомых, свидетелей. Окончательно ушёл в небытие тот мир, где русское общество могло терзаться из-за судьбы одного подсудимого. Россия попала во вселенную, где именно к историческим аналогам людей, мудрствующих сегодня об ужасах и позоре царизма, с тех пор ещё много лет относились как к тем, кого по недосмотру не отправили в яму.

Советская образованщина, к сожалению, забыла страшный смысл насмешливого упрёка: «Эй ты, шляпа!». И те, кто считает, что годовщина екатеринбургского убийства - повод для глума или хотя бы оправданий, празднуют окончательный рубеж, за которым с русским народом и его достоянием стало возможным делать что угодно «в связи с государственной необходимостью».

Оправдание екатеринбургского убийства стало чёрной канонизацией идеи стратоцида. И если стратоцид - возмездие или пресловутые щепки, неизбежные при рубке леса, то что ж возмущаться, когда социальный капитал того или иного общественного слоя без суда превращают в прах?

Те же, кто упорно утверждает, что совершённое 100 лет назад убийство оправдано мировой практикой, государственной необходимостью или кармическими эманациями, продолжает вносить лепту в то, чтобы и их будущие несчастья объяснили теми же неумолимыми причинами.


полностью

http://ruskline.ru/opp/2018/iyul/18/pochemu_novye_krasnye_nenavidyat_nikolaya_ii_bolshe_chem_gitlera/
и
https://vz.ru/opinions/2018/7/17/932875.print.html




данке    prom1


Tags: 1917, РИ
Subscribe

  • «Верфольф»

    "Лучше чужая кровь на лезвии ножа, чем чужой нож в собственной крови", - Герман Лёнс отправился в 1914 году добровольцем на фронт и погиб…

  • =

  • .............

    Я никогда не забуду молодого танкиста-эсэсовца, который спокойно намазывал хлеб лезвием своего кинжала. Он даже не смотрел на нас. От него пахло…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment