gallago (gallago) wrote,
gallago
gallago

Category:

Как вы относитесь к Ремарку?

Попалась книга, Храм луны (автора в упор не помню) -- типичное творение 68-х:   герой, умник-сирота-студент, деньги профукал, работать не хочет,  служить в армии -- тем более. Лучшие друзья у него -- догадайтесь с трех раз -- китаянка и еврей,  любимый левацкий интеранционал, симпатии к коммунистам в комплекте.

Так вот, старый добрый Ремарк, кумир матерей и даже бабушек нынешних студентов, сейчас вроде бы некоторым кажется  слишком либеральным.
Но вот рядом  с этой 68-й сладкой жвачкой -- Ремарк вполне себе правый.  У него есть настящие мужчины, у него есть  война без истерики, у него жесткая жизнь, где надо выживать и герой это умеет.

Между прчим, ранний, еще не прославившийся Ремарк был  еще больший традиционалист.

Имя Ремарка упорно пытались прикрепить на свое знамя антифашисты, но не получилось. Писатель прекрасно видел, что представляет из себя коммунизм. Да, он был против нацистов. Но он был за немцев. И этого не простили ему заправилы из мира литературы.
Не помогло ни очень корректное отношение к еврейской теме, ни пацифизм.
Вокруг Ремарка был заговор  молчания.
Наши =литературные критики= известной национальности о нем писали сквозь зубы - "писатель Ремарк".
Насколько наши 68-е,  =сов. интеллигенция= с обожала Хемингуэя, настолько же она ненавидела Ремарка - тихо, исподтишка. Открыто против него сказать ничего не могли. Но о нем никогда ничего не писали, никогда не рассказывали в телепередачах, не упоминали в перечне знаменательных дат.

И, кстати -- в последнем, американском романе Ремарка =Земля обетованная=  впервые прозвучало - =еврейский фашизм=.

Когда я взяла его книгу в руки - лет в 13, это было "Время жить", я понятия не имела, кто такой Ремарк. О войне я читала что-то типа Щит и меч и Четвертая высота (была такая книжка, почему-то довольно популярная - о какой-то героине войны).

Это новое чтение было так необычно, что я даже на сразу вошла в текст... Но зато потом...

Попался такой трогательный отзыв:

"...Мы знаем, что всё повторяется, и банально делать в миллиардный раз всё то же, что делали до тебя, – но одновременно каждый всё делает впервые. Это сочетание жажды жить не так, как другие, и в то же время – так же, как другие (а чем я хуже?), – и видно в героях Ремарка. Война, обожжённые нервы, мгновенно вспыхнувшая любовь:

– Я счастлива. Но это ускользающее счастье, а не какое-нибудь однообразное, коровье.
– Коровье счастье. Кому оно нужно?
– Не знаю, мне кажется, я могла бы довольно долго выдержать такое счастье.
– Я тоже. Я только не хотел признаваться, потому что пока у нас его не может быть."




В комментах мне регулярно пишут, что его книги сжигали в Третьем рейхе, ну сжигали, допустим.  Жизнь -- штука причудливая.  Тогда им этот пацифизм был не нужен. Но потом его звали вернуться, я слышала. 
Ремарк -- больше популярен вне Германии.   Сами немцы, насколько я понмаю, относились к нему не очень  душевно:  вторую войну пережил в покое, вдали от бомбежек.
Ну, свое он хлебнул уже.



Илл.С.Трубин
Tags: книги
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments