gallago (gallago) wrote,
gallago
gallago

Category:

Сен-Дени

palaman




Из книги Александра фон Шёнбурга

Меньше чем за четыре недели до того знаменательного штурма Тюильри в 1792 году, с которого начался дьявольски жестокий период французской революции, период ужасного господства якобинцев, когда Людовик XVI с семьей вначале был заточен в здании Национального собрания, а под конец - в башне замка Тампль, Лафайет настоятельно предлагал королю бежать из Парижа. Король отказался.
Людовика XVI поместили в двух комнатушках на третьем этаже Тампля. Спальней ему служило крошечное помещение. Единственная мебель - три стула и кишащий насекомыми плетеный матрас. Когда короля заперли в этой каморке, он не выказал ни удивления, ни плохого настроения. Только снял со стены несколько гравюр, потому что нашел их "неприличными", попросил бумагу, письменные принадлежности, несколько книг и лег спать.
Вначале гражданину Капету, как его теперь официально называли, предоставили шесть слуг; повар, как мог, готовил еду для королевской семьи, но с каждым днем обращение становилось все более жестким: занавешенные окна, постоянный надзор, строго регламентированное общение с Марией-Антуанеттой и двумя оставшимися в живых детьми, тринадцатилетней Марией-Терезой-Шарлоттой и шестилетним дофином Шарлем-Луи, которые вместе с матерью содержались в заключении на втором этаже в чуть более просторных помещениях. Через десять дней после ареста у короля и королевы забрали всех слуг, кроме одного.
С первого же дня Людовик XVI составил себе точный распорядок дня. Одевшись (в шесть часов), он сразу же приступал к молитве. Затем читал Фому Кемпийского, "О подражании Христу". После чего, если ему это позволяли, навещал семью и проводил день в комнате королевы. В одиннадцать часов ложился спать.
После кровавого 2 сентября, когда в парижских тюрьмах была устроена резня и погибли сотни священников, аристократов и роялистов, обращение с королевской семьей сделалось еще суровее. У них забрали последнего слугу и заменили его неким Клери, которого начальство тюрьмы считало политически более благонадежным. 20 сентября Клери (оказавшийся тайным роялистом) сообщил королю, что его хотят разлучить с семьей.
- Это самое убедительное доказательство вашей верности, - сказал король. - Я надеюсь, вы ничего не станете от меня скрывать, я готов ко всему. Попробуйте узнать, когда должно произойти это горестное расставание, и незамедлительно сообщите мне!
Это случилось 29 сентября. Затем в октябре Национальный конвент начал готовить показательный процесс против "гражданина Капета". Дантон и Робеспьер были против. Дантон потому, что боялся, как бы в судебном разбирательстве не выяснилось, что он получил деньги из Лондона, чтобы выступить за спасение короля. Робеспьер - потому что жаждал крови: "Свергнутый король в республике способен только на одно: нарушать покой государства!"
Король ничего не знал про споры о его судьбе. Самой большой радостью для него было в те дни, когда ему позволяли общаться с детьми, проводить с дофином, со "своим любимым малышом", уроки географии. Вместе они рисовали географические карты.
11 декабря в пять часов утра во дворе Тампля установили пушки. Лицо короля оставалось бесстрастным. В одиннадцать часов он играл с сыном, у них были кегли и волчок, потом игрушки отняли. В двенадцать часов дня пришли мэр, прокурор и некоторые другие члены магистрата и отвезли Людовика XVI в Национальный конвент, где его допрашивал депутат-якобинец Бертран Барер, противник Дантона. Рассказывают, что Людовик на этом допросе явно был сильнее и своим дружелюбием несколько раз вывел Барера из себя. По окончании допроса король потребовал копию обвинительного заключения и юрисконсульта. Наверно, он удивился, когда его просьба о юрисконсульте была и в самом деле удовлетворена. Выбор короля пал на Кретьена Гийома де Ламуаньона де Малерба. Все остальные кандидаты отказались из страха за свою жизнь. Конвент согласился с этой кандидатурой. Малерб назначил адвоката - Раймона де Сэза, который уже защищал королеву в деле об афере с колье, представляя ее в суде.
Посещая Тампль, Малерб каждый раз старался вселить в короля надежду. Прусские войска вот-вот покончат с террористическим режимом Робеспьера, скоро король снова будет сидеть на троне. По-видимому, эти слова не производили на короля ни малейшего впечатления. Насильственно отвоеванный трон, по его словам, не представлял бы для него никакой ценности. Он высказал Малербу всего одно желание: как можно быстрее передать священнику, патеру Эджворту, просьбу напутствовать короля перед смертью, когда пробьет его последний час. Король уже жил в ожидании близкой смерти. Он спросил Малерба, видел ли тот "белую даму".
- Белую даму? Кого вы имеете в виду? - спросил Малерб.
- А разве вы не знаете, - ответил король, - что, по народному поверью, незадолго до смерти члена моей семьи во дворце начинает проказничать дама в белых одеяниях?
Король запретил, и это признают даже самые неблагожелательные биографы, любой намек на сострадание и жалость к себе. Малерб в своих записях подчеркивает, что хотя король и настаивал на положенной защите, но не потому, что надеялся на признание его невиновным или верил, что обязан отчитаться перед народом, а только, чтобы не оказаться виноватым перед Богом в самоубийстве.
...

Перед казнью

...Слуга Клери попросил короля благословить его. Король выполнил эту просьбу, передал Клери печать для своего сына, кольцо для жены и кольцо для дочери. Людовик просил объяснить семье, что не хочет видеться с ними еще раз. Как он сказал, он хочет избавить их от ужасного расставания.
С семи часов в дверь постоянно стучали. Чересчур усердные охранники. В девять часов утра 21 января 1793 года появился Антуан Сантерр, командовавший охраной короля, и произнес слова, которые во Франции знает каждый ребенок:
- Месье, пора идти.
Не так известен "крутой", как сказали бы сегодня, ответ короля:
- Я еще занят, подождите за дверью. Через несколько минут я буду в вашем распоряжении.
Вероятно, Сантерр был так изумлен, что без возражений повиновался. Людовик XVI закрыл дверь и опустился на колени перед священником:
- Дайте мне последнее благословение, святой отец!







----------------------------

Тепрь Сен-Дени, где находится усыпальица всех  королей с 7 века -- район мигрантов.


Грбница Анны Бретонской, супруги  Л
юдовика XII  (16 век)

Tags: Европа, арийство, личности
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments