September 18th, 2021

Марксистские корни политкоректности

Активисты антифашистской национальности, декларируя "никогда больше" -- принялись уничтожать нашу белую расу на корню.
Возможно, у них бы и не получилось, но антибелый полит-активизм совпал с критическим падением уровня рождаемости этнических европейцев и всплеском оной у неевропейцев.
https://orthoview.ru/rejmond-raen-istoki-politkorrektnosti/?fbclid=IwAR2zS2PC6NRIiv5uswOtn_HOO4THyEBW3aSnsT49OEZzHU41l_2rZ3ftW1A


что бы ни говорили либералы у нас и не у нас, 45-й год был победой коммунизма\марксизма\интернационала

и началом конца

Архиепископ Вигано: Запад стоит перед гибелью

Архиепископ Вигано (Erzbischof Viganò):
Запад стоит перед гибелью, я призываю всех вставать
и бороться.
«Никогда прежде мир, и особенно страны Европы и Запада, не были так
отмечены признаками, указывающими на уп адок и разрушение.
Предательство идеалов, культуры, цивилизации, знаний и искусства
вызвано отказом от веры, отказом от двух тысячелетий христианства», –
сказал архиепископ Карло Мария Вигано в своей лекции на конференции
«История Венеции».
И далее: «Сегодня наблюдается крах всех идеологических и политических
иллюзий, направленных против веры, католический ответ на это требует
мужества и действий.
История Венеции является исключительным примером хорошего
правительства, основанного на принципах католической религии.
Политическая система Венецианской республики сочетала в себе
монархические, аристократические и демократические черты и поощряла
религию, благосостояние граждан и развитие культуры...
«Пока Венеция служила своему великому призванию, она процветала во
всех смыслах. Когда последний из дожей позволил подкупить себя
масонством и ложной философией движения Просвещения, Венеция в
течение нескольких лет погибла, была обречена на вторжения и грабежи, и
ее сокровища были ограблены. Из истории славной Венецианской
республики мы можем извлечь важный урок для сегодняшнего дня ,
предупреждение для будущего нашей страны и будущего народов в целом.
Что возвещает о падении какой-либо империи? – Предательство идеалов,
которые сделали ее великой, извращение автори тета, коррумпирование
власти, разочарование людей.

Никогда прежде мир, и особенно народы
Европы и Запада, не были настолько отмечены этими признаками, которые
означают упадок и гибель. Предательство идеалов, культуры,
цивилизации, знания и искусства происходит из -за отказа от веры, из-за
отрицания двух тысячелетий христианства, из -за желания стереть свою
историческую память при помощи культуры нигилизма, ничтожной
суетности», – подчеркнул бывший апостольский нунций.
Цивилизация христианства основана на свидетельстве и крови мучеников,
на мыслях учителей Церкви и теологов, на милосердии, которое
пронизывает все аспекты человеческой деятельности.
Извращение власти в этом контексте означает отказ от общего блага как
фундаментальной цели осуществления власти, как правила для
коллективной жизни.
Революционные идеалы равенства, демократии и представительства
оказались иллюзорными, а общественная мораль и христианский идеал
служения рухнули.
Подобным заблуждением была и дея
«современного государства »,
снявшего божественные и религиозные ограничения светской власти.
«Спустя 200 лет мы понимаем это как обман, заключающийся в убеждении
масс в том, что они могут определить численным большинством, что есть
правильно, а что не правильно – без оглядки на естественный закон и
заповеди, автором которых является Господь.

Эта безбожная Вавилонская башня уже рушится в своём основании, и это в
то время, когда она кажется наиболее мощной и разрушительной – это
является источником надежды для нас.
Рушится так же и идол равенства, еретическое отрицание
индивидуальности и уникальности каждого человеческого существа во
имя равенства всех, отрицание, при котором разнообразие рассматривается
с подозрением, автономия суждений клеймится как антиобщественная,
интеллектуальные способности – как недостаток, профессиональное
мастерство – как угроза, а чувство долга – как ненавистная помеха.


В этой серой тюрьме без видимых решеток свобода слова признается
только в случае греха , порока, преступления, невежества и уродства,
потому что то, что делает каждого человека особенным, делает его
уникальным, то , что поднимает его над бесформенной массой, является
неприемлемой сегодня демонстрацией всемогущества Бога, бесконечной
мудрости Его Творения, силы Е го благодати, несравненной красоты Его
творений», – сказал архиепископ Вигано.

Сегодня также падает идол лженауки, которая отвергает гармонию
сотворенной
вселенной»,–продолжил он.
Вместо изучения
закономерностей на первый план выдвинулся дьявольский вызов Богу,
попытка «доказать», что Его не существует, в то время как человек
обожествляется как господин всего сущего. То же самое можно сказать и о
либеральной и коммунистической идеологиях, которые снова объединяют
свои силы для создания «нового мирового порядка». Партийная система,
базирующаяся на революционном различении «правых» и «левых», также
рушится; партии «превратились в фирмы, создающие невероятный разрыв
между своими программами и реальными потребностями граждан».
«Давайте не будем думать, чт о мы должны организовываться в этом
эпохальном конфликте чисто человеческими средствами; давайте не будем
убеждать себя в том, что огромная сила нашего противника является
достаточной причиной для того , чтобы позволить ей победить и
уничтожить нас. Дорогие братья и сестры, мы не одиноки именно потому,
что это есть война против Бога; Бог будет рядом с нами на поле битвы, Он
не оставит нас одних в борьбе с противником, осмелившимся бросить
вызов Всевышнему..."


Перевод Генриха Дауба
vor-dem-zusammenbruch-lasst-uns-aufstehen-und-kaempfen/

\с некоторыми сокращениям\

"столыпинско-гитлеровский край"

Про известную советскую книгу П .
Вершигоры «Люди с чистой совестью» – о партизанском движении
Ковпака.

(цитируется по бюллетеню ОВП)

«Но житомирщина поразила нас не только Калашниковым. Были там вещи
и похлестче. Если взглянуть на равнобедренный треугольник карты,
основанием которого является линия Житомир – Новоград-Волынский, а
вершиной Коростень, вас поразит необычайное очертание местности и
нанесенных на карте знаков. Со всех сторон этого треугольника зеленеют
леса. Сам же он чист, и в белизне его люди, привычные к карте, угадывают
равнину и степь. По краям он ограничен линиями железных дорог ,
параллельно им , как бы дублируя их , протянулись жирные красные жилы
шоссеек… Сюда по развитой сети дорог ворвались гитлеровские войска в
июле 1941 года. Этот треугольник был плацдармом и для наших войск.
Но вглядимся внутрь треугольника. Он весь усеян черными точками.
Крестиками и жилками. Это хутора, церкви и проселочные дороги.
Треугольник весь усыпан маком хуторов.

Когда мы пришли в этот
треугольник, то обнаружили, к своему удивлению, что весь хуторской мак
не только жив, но , что самое главное, хутора заселены немецкими
колонистами. Немцы, еще по гостеприимству Екатерины, поселились на
Украине. Они выбрали себе самые плодородные земли и оставались на них
Ни земельные реформы, ни революция, ни война 1941 года – ничто не
тронуло их. Конечно, они перед войной называли себя колхозниками, но,
вероятно, добрая половина их обслуживала немецкую разведку.
Колонна наша проходила через хутора, и почти из каждого окна стреляли.
По крайней мере в первую ночь. Процентов двадцать – тридцать
украинского и русского населения, оставшегося там, были превращены
немецкими колонистами, или , как они называли себя, фольксдойчами, в
рабов. Рабы эти с утра до ночи работали в хозяйствах немцев.
Все мужское
население фольксдойчей было вооружено винтовками, сведено во взводы,
роты, батальоны. Оно служило надежным заслоном центральных
коммуникаций, идущих через Украину от Полесья. Явление это было для
нас настолько неожиданным, что мы, врезавшись в саму гущу этого
хуторского «рая», трещавшего со всех сторон ружейными выстрелами, не
знали сразу, что и предпринять. И только когда упали первые раненые и
было убито несколько разведчиков, Ковпак махнул плеткой и сказал:

–Чтобы ни один хутор, из которого раздастся хотя бы один выстрел,
не остался целым.
Тогда я впервые увидел, а понадобилось еще полтора-два года, чтобы я до
конца осознал, что немецкий колонизатор любит и понимает только один
аргумент – палку. Палка в философии, палка в быту, палка автоматной
очереди, но только этот убедительный аргумент был ясен и понятен
колонизаторам до конца.
Дальнейшее наше продвижение через столыпинско-гитлеровский край -- (выдел. мое-Н.Т.)
шло быстро и без приключений. Мы объяснили немецким колонистам,
почему на партизанском марше 1943 года их хутора горели, и дальнейшее
наше путешествие проходило без эксцессов. Правда, все мужчины, еще
задолго до появления нашей колонны, как мыши, разбегались по оврагам и
рощам. В домах стояла приготовленная пища, немки, толстые и дородные,
худые и костлявые, все одинаково угодливо улыбались и кланялись, и на
протяжении остальных семидесяти километров нашего быстрого марша ни
одного выстрела не раздалось ни из одной хаты. Аргумент был понят
фольксдойчами до конца. Вскоре мы вышли под Ко ростень, где земля
была хуже, леса мешались с песками. Там уже не было немецких
колонистов, а жили украинцы и русские. Мы забыли о гостеприимных
немцах и только весной 1944 года в Польше, под Замостьем, мы вторично
встретили целое клопиное гнездо гитлеровских колонизаторов и тут уж
окончательно убедились в том, что этакому фольксдейчу понятен только
один аргумент – палка.
Невдалеке от Коростеня, на выходе из немецко-столыпинского
треугольника, разведка , рыскавшая на шоссейках, подбила «пикап»,
который вез почту.»
(П. Вершигора Люди с чистой совестью. Кишинев,
1975, с 208-209)


Коммент Генриха Дауба:
При этом у этого же Ковпака в объединении служил в
группе разведки один фольксдойче – поволжский немец Роберт Кляйн. И
он сам признавался, что проявлял Роберт Кляйн чудеса храбрости. За
разведоперацию при форсировании Днепра Кляйн получил звание Героя
Советского Союза. Он в одиночку практически захватил мост. Был
переодет в форму немецкого офицера, подъехал на немецкой машине со
своими разведчиками, сказал что-то по немецки (тогда поволжские немцы,
как и все остальные российские немцы, еще отлично владели немецким
языком), возмутившегося было немецкого офицера застрелил...
В это же время его родной брат находился вместе с моим отцом
(отец его знал) в лагере на
Челябметалургстрое. Позже Роберт Кляйн жил в Орле. Перед смертью он
был очень разочарован тем, как советская власть , а затем и российская
обращается с его народом (это мое предположение) и потребовал от своего
сына, чтобы на его могиле не устанавливали положенного в таком случае
Но власти это его предсмертное пожелание проигнорировали.