June 4th, 2020

Менталитет крабов в ведре,

которые мешают друг другу выбраться, не выдумка и существует в реальности. У меня была горстка хороших ребят и, конечно же по случайному совпадению, почти все они были эмигрантами из Африки. Один мальчик из Руанды был принят в СТЕНФОРД! Как я им гордился. \\Добвавлю от себя ,  что  в ЮАР  местные негры ведут себя по отноешнию к белым точно так же, как написал учитель о своих "североамериканских" учениках.\\

А знаете кто не так сильно гордился? Консультант по колледжам, который пытался переубедить его и пойти в гребаный Грэмблинг вместо Стенфорда. Сказал что тот типа повернется спиной к своей общине, если пойдет в Стенфорд.

Пытаться с ними управиться было сложно, к тому же в каждом классе было около 40 детей. Вы скажете что проблема в финансировании, но ничего подобного - мы получали на каждого ребенка больше денег чем любая другая школа в окрестностях(и это в КРУПНОМ городе). Деньги не шли на найм учителей, деньги уходили на ремонт всего что дети ломали просто для развлечения. Например каждому ученику был выдан ноутбук и это в довольно небольшой школе, около 850 детей. За год было заново выдано около 1000 ноутбуков на замену. Дети сдавали их в ломбард или просто ломали по приколу. Несколько раз я ловил группы детей, которые просто швыряли ноутбуки об стену или вниз по лестнице под общий ржач и завывания, снимая процедуру по очереди для Vine (это было еще до ТикТока). Все калькуляторы TI83 в здании были украдены у всех учителей. А ты что, не мог заставить их вернуть их перед уходом? Вы думаете мы не пытались? Они начинали завывать и орать бессмыслицу и просто убегали с ними. И опять таки ничего с этим нельзя было поделать потому что школьный полицейский хором с директрисой сказали мне что это их культура.
И нечего нести по типу "они не могут думать о занятиях когда они такие бедные и им нечем платить за квартиру и у них желудок пустой". Каждые две недели мы выдавали сумки с продуктами каждому ребенку в дополнение к школьной столовой, которая кормит бесплатными завтраками и обедами детей, а по вечерам ужинами детей и их родителей. Я не знаю зачем мы это делали, это были просто деньги на ветер. Они выуживали оттуда снеки, а остальное выкидывали. Сотни фунтов продуктов в помойку каждый месяц. Мы часто пытались сохранить что возможно, когда они просто кидали сумки на пол. И при этом я точно знаю что почти все жилье в этом районе - субсидированное секцией 8 (когда доход менее 50% среднего дохода по городу и субсидия составляет 75% аренды жилья).
И это я еще не коснулся реальной проблемы - насилия. Драки были ежедневными. Практически все время где-то в коридорах или в классе была драка. Обычным наказанием за драку был час сидения в пустом классе. В среднем ребенок должен был провести пять боев чтобы получить более существенное наказание, вроде целого дня в пустом классе. Обратили внимание на "драки в классах"? Минимум раз в неделю учитель тоже получал от ученика. Меня били несколько раз. И опять же - часик в пустом классе, на следующий день опять на занятии. Первый раз, когда меня ударил ученик, директриса потребовала объяснить, чем я его спровоцировал. Как выяснилось сказать ученику сидеть на месте - достаточный повод чтобы тот вспылил и это моя вина. Почему? Это их культура.
И наконец самая крупная проблема, когда я решил что с меня хватит. Группа из 6 самых оторванных говнюков пошла за мной на парковке и продемонстрировала мне свои ножи. Сказали что если не получат хороших оценок за мой предмет в конце года, то убьют меня. Я был в ужасе. Побежал к школьному полицейскому и директрисе. Директриса сказала мне выставить им хорошие оценки. Как вы догадываетесь это просто такая культура у них, такое случается. К тому же мы не ведь не хотим испортить им жизнь полицейским протоколом из-за таких пустяков? Впервые в жизни я послал своего руководителя. Ничего этого я делать не буду, выполню свой трудовой договор до последней запятой, но никаких поблажек, хватит с меня этой дыры. Я больше никогда не ходил по одному и тому же маршруту дважды и всегда держался спиной к стене, кроме как на парковке, где постоянно оглядывался и был всегда наготове бежать.
Это было 3 года назад. Я перевелся в другую школу района, такую же бедную, но мексиканскую, а не негритянскую. Директор тоже мексиканец и выпускник школы. И благодаря новой школе я рад что не бросил эту профессию. Мне здесь нравится, она в точности как школа, где я только начинал. Есть проблемы с бедностью, но они хорошие люди, старающиеся сделать максимум с тем что у них есть и я хожу на работу каждый день...
И эта фраза у меня до сих пор горит перед глазами. ЭТО ПРОСТО ИХ КУЛЬТУРА. Если так, то я надеюсь вы меня простите за то, что я не на все 100% вам сочувствую. Потому что вы сами это с собой сотворили."





https://a-nikonov.livejournal.com/3609812.html#comments

символ

"Николай Второй виноват в гибели империи" — (встречаюсь с этим постоянно)

ну да, не Ленин, не Троцкий, не эсэры и всякие либералы — один царь виноват.

На самом деле это вопрос не исторический совсем, это вопрос пропаганды —той левой, антинациональной, антитрадиционалистской, что не утихает ни на минуту уже больше ста лет!

Дело в том, что Император — самая ненавидимая фигура среди леваков-либералов (и шариковых) всех мастей, в том числе западных (да -да, несмотря на то, что там на это не упирают и даже какое то кино сняли когда то о расстреле) — для меня отношение к Николаю это четкий маркер: русский ты человек или нет.

Русский человек, исторический мыслящий себя в своей стране, никак не может ставить фигуру царя в центр темы вины — никак!

обвиняя царя, вы объективно присоединяетесь к хору левых - либералов

неужели вы это не понимаете?

Фигуря царя Николая (и других императоров, но в первую очередь Николая Второго) — для нас, правых русских — сродни фигуре Микадо для японцев. Это символ. Это квинтеэссенция исторического воплощения национального пути.

Именно он. Больше никто на это место не годится, а такая фигура нужна, просто необходима.

Поэтому я убеждена — тот, кто повтряет чушь о том, что царь все развалил — просто напросто играет на руку тем, кто и сейчас все разваливает, что бы создать глбоальный мир, подчиненый невидимым нам финансовым воротилам.

------------------------------------------


Подтверждение моим словам можно найти, например,  здесь:


16 и 17 июля 1889 года в Париже состоялся важный конгресс: «Congres maconique internationale du Centenaire» . «Маконик» означает «масонский». Конгресс состоялся ровно через 100 лет после «Французской революции» 1789 года. Цели этого конгресса едва ли позволяют сделать какой-либо другой вывод о том, что прежняя приверженность разрушению существующего порядка и созданию глобального мира (посредством эксперимента "Коммунистическая пустыня" в России) была возобновлена. Протокол Congres maconique internationale 1889 гласит на странице 149 «Гранд-Ориент де Франс» : «День краха монархий принесет общее братание мира и народов. Это идеал будущего, о котором мы думаем. Наше дело это ускорить рассвет этого дня всеобщего братства ".      Аплодисменты участников конгресса поддержали тезисю.  Было дано 25 лет на начало  «общего братания» с кровью миллионов людей.

С немецкого правого сайта.

Мой комментарий к записи «Лион Левинсон: Именно европейцы уничтожили рабство на планете Земля! /…

"...честно говоря, как еврей, недолюбливаю европейцев."

А если написать "я как европеец. честно говоря, недолюбливаю евреев" -- это страшный антисемитизм и фашизм.

Уверена, на эту тему есть и мысли этих самых нелюбимых Левинсоном европейцев, но нам встречаются в сети обязательно еврейские высказывания.

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий

вот она и пришла, расовая война...




Вернее, шла то она давно, но теперь стала очевидной даже для самых "объективных наблюдателей".


УБИТЬ БУРА

– Первый раз я потеряла сознание почти сразу. Бандиты следили за домом и знали, что по утрам, когда дети уже в школе, я десять минут выгуливаю собачку на лужайке. Только десять минут дверь остается открытой. Двое черный парней выбежали из-за угла, и я бросилась в дом. Помню только, как они сбили меня с ног, надели пластиковый пакет на голову и затянули на шее. Потом удар и темнота. Меня спас сосед, ехавший на велосипеде. Распахнутая дверь – сигнал опасности в Африке. Он перепрыгнул через забор, вбежал в дом и нашел меня на полу.

– Что они украли?

– Ничего, кроме моего обручального кольца, – пожимает плечами Мишель. – Все знают, что белые больше не хранят деньги в доме. Цель – только убийство.

Мы сидим во дворе дома моего нового друга Дирка ле Ру, бывшего полицейского, работающего в частном охранном предприятии, в Спрингсе, пригороде Йоханнесбурга. У Дирка всегда с собой пистолет, даже, когда он спит, как впрочем, у большинства белых в ЮАР. На лужайке играют трое чудесных белокурых детей. Они доверчивы, как все дети, часто подбегают ласкаться ко мне, кладут головы на колени и болтают на смеси английского и африкаанс (язык белых поселенцев). Я ерошу мягкие волосы шестилетнего Александра и спрашиваю:

«Тебе нравится твоя страна?»

«Нет, – говорит он. – Я хочу уехать и как можно быстрее. Туда, где меня не убьют».


http://vespa.media/2018/12/black-racism-in-africa/?fbclid=IwAR2KqkIHDV4imh1PPA0nlJxs7aVD4yrO3DTgPk9DkhTvenKAgkD0eike8fg



---------------------------

"Расизм" это просто кодовое слово для анти-белой ненависти.

Тони Тимпа - белый американец, цинично убит при аресте полицией Далласа несколько лет назад. Освещение этого случая в СМИ - практически нулевое. При блокировке Тимпа кричит полицаю: "ты меня убьёшь". Полицай не обращает внимания. Далее шутят на фоне уже трупа. Тимпа был белым, поэтому его имени почти никто не слышал.



Левые погромщики осквернили в США статую памяти жертв всемирного коммунистического террора.




Чёрными и антифа была сожжена историческая церковь в Вашингтоне напротив Белого дома. Вашингтон - город населённый почти исключительно афро-американцами, за исключением небольшого числа государственных служащих. Полиция, состоящая в Вашингтоне из афро-американцев встала на сторону мятежников. Такова природа расовой войны.
https://twitter.com/Breaking911/status/12672835297061.

«Местопребывание»

По случаю публикации своей книги «Местопребывание» (Demeure) философ Франсуа-Ксавье Беллами вновь дал интервью сайту Boulevard Voltaire, и рассказал, как в западном обществе сталкиваются устремленность к переменам и тяга к корням. Предмет его исследования – идеология, превозносящая движение и перемены, и ведущая человека к дезориентации и потере смысла жизни.


Наша политическая жизнь, очевидным образом очарована идеей движения.

Дело обстоит так не только в политике, но и в сфере технологий, где ключевым словом является «инновация», и в экономике, функционирование которой подчинено логике обращения. Те же самые подходы проявляются, когда речь идёт об изменении человеческого тела, об изменении того, что значит быть человеком – о тех важнейших вопросах биоэтики, с которыми мы сегодня сталкиваемся.

Изменение стало самоцелью, движение подменило собой пункт назначения. В итоге, одержимость переменами доминирует в нашей политической жизни уже на протяжении нескольких десятилетий.

Я не призываю к тому, чтобы вообще не меняться, но говорю о том, что изменение не может быть самоцелью. Изменение имеет смысл, когда оно ориентировано на достижение чего-то прочного, когда оно соотнесено с чем-то неизменным, с точками отсчёта, с традицией, с культурой, с наследием. Я уже затрагивал эту тему в книге «Лишенные наследства» («Les déshérités»).

Изменение обретает смысл, когда оно предпринимается ради чего-то незыблемого. Политика, например, не может быть нацелена на то, чтобы двигаться вперёд просто ради того, чтобы двигаться вперед. Такое движение не имело бы смысла. Смысл есть в том, чтобы продвигаться к тому, что хорошо и правильно.

рамках западной цивилизации это вечный спор. Можно было бы сказать, что западный мир и появился тогда, когда появилась проблематика изменения. Однако в наше время достигло полной зрелости то, что в истории называется «модерном». Именно в этом особенность нашего времени.

Эпоха модерна – это тот период, который начинается с коперниканского переворота и научной революции. Эту эпоху характеризует, прежде всего, увлеченность движением. Также для неё характерно увлечение модой, тем, что происходит сейчас, уверенностью, что мода должна определять собой наше поведение. То, что модно – это хорошо, потому что это новое. Конечно, мода в одежде не имеет большого значения. Однако когда уже вся наша общественная и интеллектуальная жизнь, когда политика, философия, и человеческое существование вообще определяются необходимостью меняться, чтобы оставаться актуальным – тогда, возможно, вся эта деятельность вообще лишается смысла.

Эпохе модерна понадобилось немало времени, чтобы полностью развиться и продемонстрировать окончательные итоги своего развития. Но мне кажется, что сегодня, после краха великих идеологий и падения Берлинской стены, мы продолжаем стремиться к изменениям, не имея ни малейшего представления о том, чего мы хотим достичь. В то время, когда доминировал марксизм, было стремление всё изменить, сделать революцию, ради того, чтобы придти к окончательному финалу – к бесклассовому обществу. Именно так марксисты представляли конец истории, конец превратностей человеческого существования.

Поскольку великие идеологии рухнули, мы, в некотором смысле, оказались лишены целей. Стало очевидно, что вся наша суета – это пустое занятие, потому что она больше не направлена на достижение чего-либо, что окупило бы затраченные усилия – на достижение места, где можно было бы жить, где можно было бы пребывать.

Все эти его повеления о «прорыве» и «инновациях», идея национального стартапа – которая, по сути дела, противоположна тому, чем должно быть государство. Государство (l’Etat) предполагает определенную статичность, сохранение того, что есть. Как сказал, умирая, Людовик XIV: «Я ухожу, но государство остаётся всегда». Государство остаётся, и преемственность государства – это его сила.

Наоборот, стартап – это проект, который утверждает, что начался только что. Мы должны быть в состоянии сделать выбор между миром, где всё время начинают заново, и миром, стоящим на неизменной основе; между миром, который хочет всегда меняться, и миром, который знает, что именно достойно сохранения.

Нужно найти те не подлежащие сомнению отправные точки, которые нас связывают друг с другом. Отталкиваясь от них, можно будет вернуть смысл политической деятельности.

Вся статья  http://vespa.media/2019/01/elites-and-people/