December 1st, 2018

Нео-либерализм: куда направлено жало?

Пишет Иносми:
В 2017 году Аршид Хусейн был признан виновным в изнасиловании, развратных действиях, похищении, нанесении телесных повреждений и принуждении своих жертв к сексу с другими. Он получил 35-летний тюремный срок.
Он вернулся в новости по шокирующей причине. Пишет лондонская «Таймс»:
Как стало известно «Таймс», [городской] совет предложил заключенному в тюрьму за сексуальные преступления мужчине играть роль в будущем ребенка женщины, которую он изнасиловал.
Насильник, который совершал свои преступления вместе с бандой подельников, не выполнял родительских обязанностей в отношении своего сына, однако местные власти связались с ним в тюрьме и дали ему возможность навестить мальчика.
Активисты заявили, что «порочное» решение фактически являло собой предложение «повторно травмировать» его жертву. Министерство юстиции заявило, что оно расследует вопрос о том, является ли это результатом ошибки социального работника или систематических недостатков.
Газета не назвала имен насильника и его жертвы. Сегодня Сэмми Вудхаус выступила с заявлением, что это была она…
Эти социальные работники — чокнутые. Эта порочность и близко не смахивает на «политическую корректность».
\а на что она смахивает? -- я знаю: на положительную дискриминацию\
Между тем, в Нью-Йорке издательство «Абрамс» выкатило графический роман под названием «Террорист-смертник сидит в библиотеке» \какая прелесть!\ (A Suicide Bomber Sits In A Library) после протестов в связи с тем, что он «исламофобский». Пишет «Гардиан»:
«Когда молодой парень входит в библиотеку, одетый в пояс смертника, спрятанный под его прекрасной новой красной курткой, у него только один план. Но наблюдая, как окружающие его люди увлечены книгами, которые они читают, мальчик не может не сомневаться в причине своего присутствия», — говорится в описании от издателя «Абрамс».
На прошлой неделе издатель комиксов Зайнаб Ахтар в своем твиттере описала комикс так: «Неграмотный темнокожий мусульманский парень, который входит в библиотеку с бомбой только для того, чтобы начать размышлять, потому что люди кажутся ему такими увлеченными книгами, и если бы только он умел читать».
«Поскольку чтение поможет невежественному темнокожему мусульманскому парню засомневаться в своих убеждениях или отказаться от них, вы, вдобавок, видите, что это какая-то неопределенная кумбая \чего-чего?\ о том, как конкретная интерпретация культуры спасет варвара», — пишет она.
В адресованном «Абрамс» открытом письме от Азиатского альянса авторов, подписанном более чем тысячью писателей, учителей и читателей, книгу назвали «пропитанной исламофобией и глубоким невежеством».
\и то верно, разве мусульмане неграмотны? не умеют читать? как же они читают коран?\
с предупреждением! = Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.=
Однако, либеральный дозор вовсе не безхребетен, когда дело касается националистов.
90-летняя Урсула Хавербек брошена в тюрьму только за вопрос "где были убиты шесть_миллионов?"
Инвалид Хорст Малер брошен в тюрьму повторно только за, что кто то выложил в сеть его статью.
Любой, заподозренный даже в отдаленном знакомстве с членом (даже бывшим) ЛЕГАЛЬНОЙ партии НПД, будет обеспечен травлей надолго.
Таких примеров множество, не говоря уже о внезапных смертях популярных правых.
Так что ДОЗОР совсем не беззуб. Его жало направлено в строну, которую обыватель не хочет видеть.

дети и отцы

взято из ВК



«…У рабочего человека Феликса Самарина не было конфликтов отцов и детей с отцом.


— Давай, отец, потолкуем,— сказал сын.

— Изволь,— согласился отец,— но только если о заветном. Размениваться на пустячки не намерен. Что тебя заботит, сынок?

— Две заботы сердце гложут,— чистосердечно признался Феликс,— германский реваншизм и американский империализм. Тут, отец, что-то делать надо. И еще одна закавыка. Давно хотел спросить. Скажи, пожалуйста, был тридцать седьмой год или же после тридцать шестого сразу начался тридцать восьмой?

— Тридцать седьмой! Это надо же! — уклончиво воскликнул отец. Его взгляд стал холодней, а глаза потеплели. — Уравнение с тремя неизвестными,— сказал он молча,— икс, игрек, зек. <…>



А между тем мисс Порция Браун, как все враги, не дремала. На этот раз она собрала в комнате Ии советских парней и девушек и с маху бросилась в диверсию. Испытанное средство: индивидуальный половой террор. Напоив гостей антисоветским джином, мисс начала раздеваться под ритмично и мелодично растлевающую молодые и неопытные души музыку.

— Разрешите стриптиз считать открытым, господа! — весело закричала мисс, привычно расстегивая пуговицы на блузке из поддельной искусственной ткани.





— Товарищи! — раздался голос Ии.— За что боролись? Наша правда выше голых фактов.

Порция неотвратимо расстегивала блузку.

— Товарищи! Братья и сестры, к вам обращаюсь я, друзья мои! — набатно гремел голос Ии.— Вспомним взятие Зимнего, раскулачивание кулака, обеднячивание бедняка, пять в четыре, мир во всем мире...

Но мисс Порция Браун уже выходила за пределы своей юбки. Еще минута, и наши парни и девушки увидят то, чего...

“Скорей! К своим! Этого не должен увидеть каждый!”— задыхалась Ия.

...Узнав, в чем дело, Феликс посерел, осунулся и возмужал. Когда он, только что вышедшая за него замуж Лера Васильева и Ия ворвались в стриптизную, раздевалась девица с лошадиным лицом, не понимая, что она троянский конь мировой реакции. Ее белье лежало на полу, как белый флаг политической капитуляции.

Да, Порция Браун честно отрабатывала свой хлеб, свою порцию, или, по-нашему, пайку.

— Караул устал ждать,— произнес Феликс сурово, но грозно.

Заливаясь слезами, мисс стала одеваться.

Такого поражения многие годы не знал Пентагон.



— Прости, отец, опять я к тебе,— сказал Феликс, входя.— Так как же все-таки — был тридцать седьмой год или нет? Не знаю, кому и верить.

— Не был,— ответил отец отечески ласково,— не был, сынок. Но будет...»