gallago (gallago) wrote,
gallago
gallago

читаем...

Моя мама во время оккупации

Она была очень красивой и лицом, и фигурой. Никогда не выходила на улицу "на посиделки", одевалась, как старая бабушка. Работала с утра до ночи в детском доме № 1, находящемся на улице Артема. Там был 101 ребенок в возрасте от нескольких месяцев до 7 лет, персонал - няня Дуся, повариха Елена, мама и извозчик Ильич - одноногий инвалид с лошадкой, у которой мы и дети из детдома всегда считали ребра. Лошадка была спокойной, моргала добрыми глазами и всегда что-то жевала. Раз в неделю Ильич ездил в немецкую комендатуру и привозил кое-какие продукты. Тогда мама брала нас с собой и выделяла, как и всем детям, по кусочку хлеба размером со спичечную коробочку. Хлеб - это был праздник. Потом мы услышали, что у тракторного завода остались поля с неубранной картошкой. Но немцы не разрешали ее копать. Поле ночью освещали прожектора, и время от времени поле простреливалось трассирующими пулями. Было решено попытать счастья. Где-то достали саперные лопатки, наточили их и по очереди ходили на этот промысел. Бог сохранил всех трех. Повариха Елена пекла из той мерзлой картошки "маторженики", мама приносила их нам всем по одному. Кушать хотелось всегда. И тогда однажды дедушка принес в хату свой Георгиевский крест - награду, полученную в Первую мировую войну. Он перекрестился и сказал: "Прости, меня, но нужно спасать семью", - и пошел на базар. С того времени он носил туда что-то и всегда что-то приносил поесть. Еще несколько слов о маме. После освобождения Харькова мужественная троица и Ильич сдали детский дом городской советской власти не потеряв ни одного ребенка.
..

Война закончится лишь через два года. Жизнь была и дальше тяжелой: голод 1947 года, нужда, бедность и постоянное чувство голода...

http://dalizovut.narod.ru/okkup/gl_detey.htm

--------------


Яркий случай произошел с Борисом Михайловичем Соколовым, потомственным пролетарием и нашим соседом. Во время второй оккупации Харькова (15 марта—23 августа 1943 г .) в самом начале улицы Плехановской некий Яшка-армянин открыл магазин-кафе, был там прилавок и несколько столиков. Мы, пацаны, любили туда приходить посмотреть (денег, естественно, не было) на разные диковины — пирожные, колбасу, хлеб. Однажды заходим, сидит за столом Борис Михайлович, курит, перед ним — стакан шнапса, напротив — немецкий фельджандарм с дугообразной бляхой на цепи. Жандарм передвинул стакан и поставил возле себя, а Борис Михайлович докурил, взял стакан и выпил. Немец начал на него кричать, Борис Михайлович — ему в морду, мы испугались и дали из магазина ходу. Через несколько минут Яшка-армянин и фельджандарм вывели Бориса Михайловича на улицу, немец остановил машину и залез с нашим соседом в кузов.
 Только после войны, когда мы с приятелем вечером чистили в мастерской велосипедные детали от ржавчины (Борис Михайлович их никелировал, собирал велосипед, продавал, а нам давал на кино и мороженое), узнали, чем закончилась эта история. Машина остановилась у здания городского гестапо на улице Совнаркомовской (до войны там было НКВД, после войны — МГБ, КГБ и СБУ). Немец завел Соколова в вестибюль, а там у внутренней двери стоял автоматчик, жандарм приказал что-то часовому и вышел, тут пришла смена караула, старый часовой, ничего не сказав, ушел, а наш сосед сделал вид, что хочет зайти внутрь здания. Новый страж, вполне естественно, стал кричать и преградил автоматом путь. "Тогда я, — рассказывал Борис Михайлович, — махнул рукой, вышел и пошел себе спокойно домой"

....

16 февраля 1943 года советские войска в первый раз освободили Харьков. Немцы сразу же перешли в контрнаступление, и в начале марта бои шли уже в центре города. До 6 марта весь снег растаял, воды в водопроводе не было, и женщины нашего дома организовали поход к речке. У меня было коромысло из стержня ограждения детской кровати, и я пошел с ними. До реки оставалось совсем немного, когда немецкая пулеметная очередь прошла чуть выше наших голов. Водоносы остановились, постояли. Тихо. Начали спускаться к воде, и тут опять очередь, пули взрыли сухую землю перед нашими ногами. Пришлось развернуться и идти домой с пустыми ведрами.
  7 марта утром из последней воды сварили кулеш из пшена. Сели есть, но тут появились красноармейцы, занимавшие по соседству оборону, дико крича: "Воздух!!!" Все подхватились и побежали вниз прятаться в подвал, в бомбоубежище. Спустились, ждем. Прошло пять минут, десять, а разрывов все нет. Через пятнадцать минут вернулись в кухню, смотрим — по двое, по трое солдат из наших кастрюль уже доедают варево. Я подошел к нашей кастрюле, двое дохлебали, облизали ложки и ушли, не сказав даже спасибо. Я воспринял это происшествие туповато-спокойно и подумал только: "Тоже, наверное, голодные".
  В начале марта 1943 года ожесточенные бои шли за Логачевку (район ХТЗ). Этот населенный пункт несколько раз переходил из рук в руки, по нему "работала" немецкая и советская артиллерия. В очередной раз на окраине появились красноармейцы и увидели одноногого старика, который, прыгая на культе, ковырялся палкой в пепелище своего сгоревшего дома. Бойцы подбежали к нему: "Отец, где немцы?" А он роется в пожарище и, не поднимая головы, говорит: "А мне все равно, что наши, что немцы. Надоели вы мне все". "Ах ты, гад!" — заорал лейтенант и застрелил его из пистолета. Это произошло рядом с домом наших близких родственников, который чудом уцелел при обстрелах.
  Подобные случаи отношения к мирному населению не были единичными, но все же они были исключением. Каждая семья отдала на фронт отца, мужа, сына. Красноармейцы были "нашими", братьями.

Освобождение

 Немцы покидали город оперативно и организованно. Хаоса и грабежей складов и магазинов не было. Вечером 22 августа 1943 года из ворот соседнего дома в начале улицы Плехановской выехали две открытые колесно-гусеничные машины (передние два колеса, под кузовом — гусеницы). Кузов первого автомобиля был забит, немцы сидели в полном обмундировании, в касках и с автоматами, на спине — рюкзаки с клапанами из телячьей кожи. Вторая машина — полупустая. Домой с работы возвращался Борис Михайлович Соколов, о котором я уже упоминал, пьяный, в каждой руке по бутылке. Увидев солдат, он страшно обрадовался, закричал: "А, суки, подрываете?" и бросил полупустую бутылку. Пролетев по дуге, она попала одному немцу в каску и разбилась, его соседи громко заржали. Пострадавший схватился за автомат, я подумал, что сейчас он выстрелит и убьет Бориса Михайловича, но солдат только засмеялся и начал отряхивать шнапс с мундира. Машины уехали. Ночь прошла тихо.
  Около восьми часов утра 23 августа во дворе началось оживление, я сразу побежал на улицу. По мостовой шли три человека в советских касках и плащ-накидках. Люди стояли на тротуарах, возбужденно разговаривали, некоторые подбегали к нашим бойцам, но те говорили: будьте осторожны, еще могут быть перестрелки.
  Тотчас же полез на чердак — с четвертого этажа виднее. На перекрестке соседнего квартала стоял крытый немецкий грузовик, вокруг которого толпился народ. Бегом вниз и через дворы напрямик — заборы порубали на дрова еще позапрошлой зимой. По улице Ганны с двух сторон к автомобилю шли люди. В кузове стояли два немца, занимаясь, как сейчас говорят, незаконным обменом валюты. Один брал рейхсмарки и оккупационные карбованцы, спрашивал: "Сколько?" Человек говорил, а второй, не считая, давал на ощупь пачку советских рублей. Денег у меня не было, постоял, хотел было уже уходить, но тут из-за угла появился еще один фриц, закричал, замахал, машина завелась и быстро поехала. Очередному меняльщику немец бросил деньги, как прокламации.


-------------

там же
http://dalizovut.narod.ru/okkup/gl_detey.htm

Tags: мемуар
Subscribe

  • мужское и женское

    Ничто н е ново под луной! Сейчас очень часто мужчину от женщины по одежде не отличишь, например, вчера попался вполне себе зрелый не очень бритый…

  • Про Лёху Штыря

    Как Витя Чеснок вёз Лёху Штыря в дом инвалидов Маленький провинциальный город. На заводе по переработке мусора работает Витька Чесноков. В паузах…

  • идеальный герой

    Если меня спросить, кто может быть идеальным мужским образом для меня, идеальным книжным или кино-героем, тем, в кого можно влюбиться, то окажется,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments