студент и корнет
Любимыми воспитателеми Лермонтова в отрочестве был полковник Великой армии Жандро и эльзасец, офицер Капэ.
Воспитатель его эльзасец Капэ был офицером наполеоновской гвардии. Раненым попал он в плен к русским. Добрые люди ходили за ним и поставили его на ноги. Он, однако же, оставался хворым, не мог привыкнуть к климату, но, полюбив Россию и найдя в ней кусок хлеба, свыкся и глядел на нее, как на вторую свою родину. И послужил же он ей, став наставником великого поэта. Лермонтов очень любил Капэ, о котором сохранилась добрая память и между старожилами села Тарханы; любил он его больше всех других своих воспитателей. И если бывший офицер наполеоновской гвардии не успел вселить в питомце своем особенной любви к французской литературе, то он научил его тепло относиться к гению Наполеона, которого Лермонтов идеализировал и не раз воспевал. Может быть также, что военные рассказы Капэ немало способствовали развитию в мальчике любви к боевой жизни и военным подвигам.
...
Удивительно, насколько лучше люди смотрели тогда на Наполеона. Поражала своим величием эта мощь человека, поднявшегося благодаря только собственной своей силе до величайшей власти, умевшего подавить многоголовую гидру анархии и междоусобия французского народа. Тут было что-то роковое, всесокрушающее и сокрушившееся само о другую, неизвестную ей, тоже роковую силу.
...
С удивлением, если не с благоговением, относились мы к личности Наполеона, и не было рабочего кабинета, где бы не находился столбик с чугунной куклой: Под шляпой, с пасмурным челом, С руками сжатыми крестом… Войны с Францией не охладили симпатии русских к французам, а напротив усилили ее. Удивительно, что не только семьи наводнились воспитателями-французами, но даже в казенных заведениях можно было встретить французов-наставников, с полной симпатией относившихся к идеалам французской революции. Так, в императорском Александровском лицее профессором словесности был брат Марата, «весьма уважавший память известного французского террориста и приязненно относившийся к демократическим идеям». Рассказы Капэ, по-видимому, имели на Лермонтова влияние подобное тому, какое на Гейне-ребенка имел влияние Ле Гран, солдат-барабанщик наполеоновской армии, стоявший в доме родителей поэта в Дюссельдорфе.
...
О разных славных битвах восторженно рассказывал своему питомцу Капэ. Но особенно его трогали рассказы о бородинском сражении, и в этом случае мальчик-поэт не внимал своему наставнику, а всецело склонялся на сторону русских рассказчиков, которых было немало. Рассказывали и стар, и млад – и те, которые бились начальниками, и те, что сражались воинами-ратниками, – все эти восторженные патриоты, готовившиеся к смерти, чаявшие пасть за родину и накануне великой битвы облекавшиеся в чистые, белые рубахи, чтобы в них встретить славный конец. Да, Все громче Рымника, Полтавы Гремит Бородино!.. восклицает в патриотическом восторге 17-летний Лермонтов, набрасывая в 1831 год)' первый очерк стихотворения, из которого позднее выработалось знаменитое «Бородино». Интерес к Франции и Наполеону поэт сохранил на всю жизнь.
--------------------
Сначала студент, затем корнет Михаил Лермонтов считал себя недостаточно знатным. Видимо, шотландские предки Юрия Лермонтова для его бабушки Арсеньевой (Столыпиной) были примерно как дикие чеченцы.
Знаменитый поэт и прорицатель двенадцатого века Томас Лермонт, по прозвищу Томас Рифмач или Честный Томас, или Томас из Эрсилдона. Его слава , как прорицателя сравни славе Нострадамуса или Мерлина. Впрочем, об этом еще писал Вальтер Скотт: «Летописи XIII столетия ознаменованы были именами трех великих шотландских волхвов, пред коими Нострадамус и Мерлин должны преклонить колена. Мы говорим о Томасе Эрсильдуне, Микаэле Скотте и Лорде Соулисе».
Его пророчества были особым лирическим жанром в древней шотландской поэзии. По сути, от этого Томаса Рифмача ведет свой род славный клан Лермонтов. На Эрсилдонских холмах изрекал он свои поэтические пророчества, там он и повстречался с королевой фей, уведшей его сначала на семь лет, а затем уже и навсегда в свое королевство. Но, покидая друзей, он обещал когда-нибудь вернуться поэтом в земной мир. Его пророчество сбылось в России, когда его далекий потомок, Михаил Юрьевич Лермонтов продолжил его поэтическую стезю.
rospisatel.ru/bondarenko-lerm.htm
---------
Ниже на фото -- замки клана Лермонтов.
