gallago (gallago) wrote,
gallago
gallago

Categories:

французы в русской армии

взято здесь
https://id77.livejournal.com/3923176.html?view=36913384#t36913384




Людовик-Жозеф де Бурбон (1736 - 1818)
8-й принц Конде, единственный сын Людовика IV Анри де Бурбон-Конде. Наследный принц Конде, Герцог де Бурбон, герцог Де Гиз, герцог д’Энгиен, Герцог де Бельгард, граф Де Сансер
Командующий Корпус принца Конде в Русской Армии
......

Шарль-Фердинанд, герцог Беррийский (1778-1820)
Наследник французского престола, второй сын графа Карла д’Артуа (будущего короля Карла X) и Марии-Терезы Савойской. Служил в французских частях русской армии.

.......

Луи Наполеон Жозеф Жером Бонапарт (1864— 1932)
Принц Французской Империи, представитель французского императорского дома Бонапартов, генерал-лейтенант Русской императорской армии.
.........

Кавалерист Наполеон Ахилович Мюрат (1872-1943), дослужившийся к 1917 году до генерал-майора.


==================

https://proza.ru/2013/10/30/909

Корпус принца Конде





Двести лет назад, в царствование Государя Императора Павла Петровича, в составе Русской Императорской Армии появилось весьма необычное воинское формирование – французский белоэмигрантский корпус.

Основателем и командиром этого корпуса был Принц Людовик-Иосиф Конде Бурбонский – правнук знаменитого французского полководца ХVII века Людовика II Конде Бурбонского, прозванного современниками Великим.

Когда в 1789 году во Франции произошла революция, Принц Конде одним из первых эмигрировал из страны и впоследствии, обосновавшись на берегах Рейна, в городе Кобленце, сформировал там контрреволюционную белую армию, костяк которой составили добровольцы – идейные приверженцы старой монархической и религиозной Франции.

В отличие от белой армии знаменитой Вандеи, состоявшей из крестьян-роялистов, армия Принца Конде была преимущественно дворянско-офицерской, и для нее был характерен большой избыток офицеров и генералов. В дворянских полках должности от командиров рот и выше, как правило, занимали бывшие генералы Французской Королевской армии, а взводами командовали полковники. Что касается младших офицеров, то многие из них становились в строй простыми солдатами. Дворянские полки проявили в боях исключительную храбрость, но дисциплина в них была своеобразной: дворяне, весьма щепетильные в вопросах чести, не были приучены к выполнению роли рядовых. «Что вы хотите, – говорил о них Принц Конце, – это не солдаты, а офицеры без солдат. Они были храбрыми офицерами, и, имей я с ними тридцать тысяч солдат, мы бы делали чудеса. Знаю, что при всех обстоятельствах я всегда могу на них рассчитывать: они сберегли свою честь».

Кроме дворян-эмигрантов, составивших основу армии Принца Конде, в ее рядах были и представители третьего сословия, в том числе – некоторое количество солдат старой Королевской армии. Для пополнения рядов своих войск Принц Конде прибегнул и к созданию частей наемников, в которых, кроме французов, служили и иностранцы.

Следует отметить, что возглавители французской белой эмиграции создавали свои воинские формирования на собственные средства. Так, Принц Конде, кроме немалой денежной суммы, пожертвовал на содержание войск даже свои драгоценные орденские знаки.

Желая спасти свою армию от расформирования, Принц Конде обратился за помощью к Российской Императрице Екатерине II. Последняя, как известно, была ярой противницей революции. В конце 1792 года Государыня отправила к Принцу Конце небезызвестного в России герцога А.Э. Дюплесси де Ришелье (будущего губернатора Одессы и Новороссийского края) с двумя бочками золота и предложением... перебраться на восточное побережье Азовского моря и основать там французскую военно-земледельческую колонию. Однако такой оборот дела не мог устроить рвущихся в бой белоэмигрантов, и они предпочли уклониться от предложения Российской Императрицы.

В течение нескольких лет армия Принца Конде, получавшая поддержку сначала от Австрии, а затем от Англии, продолжала борьбу, но, увы, к несчастью для «кондейцев», в 1797 году Венский двор заключил мир с Французской республикой. Первая контрреволюционная коалиция европейских держав распалась. Жизнь эмигрантской армии Принца Конде повисла на волоске. Единственный надеждой «кондейцев» остался новый Российский Император Павел I, рыцарское благородство и великодушие которого были хорошо известны.

В октябре 1797 года, покинув свои квартиры на берегу Баденского озера, «кондейцы» двинулись в Россию. К этому времени в их рядах находилось пять тысяч триста человек. Согласно условиям перехода на Российскую Императорскую службу, корпус, сохраняя свою прежнюю организацию, должен был направиться для расквартирования в окрестности уездного города Владимира-Волынского. Корпус был подчинен непосредственно Государю. Всем его чинам дозволялось свободно исповедовать свою религию, но они обязывались дать присягу на верность Российскому Императору и следовать уставам Русской Армии.

1 января 1798 года корпус Принца Конде переправился через реку Буг и был встречен на российской территории уполномоченными офицерами и казачьим конвоем. В тот же день французские эмигранты на берегу Буга были торжественно приведены к присяге Императору Павлу Петровичу.

К великому огорчению «кондейцев», теперь они должны были расстаться со своими французскими мундирами и надеть чужую для них русскую военную форму: на русской службе корпус Принца Конде получил совершенно одинаковое с полками Российской пехоты и кавалерии обмундирование и вооружение. Правда, корпусу были вручены особенные знамена и штандарты, на которых по Высочайшему повелению наряду с символикой Российской Империи присутствовали и изображения золотых лилий – эмблемы Французского Королевского Дома.
На поле боя они сошлись с революционными французами лишь раз -- в итальянском походе Суворова.
После этой кампании британское правительство достигло договоренности с Российским двором о переходе корпуса под покровительство Англии. В знак Высочайшего благоволения к службе «кондейцев» Император Павел I оставил корпусу их знамена, оружие и все принадлежавшее им имущество.

1 июня 1801 года в австрийском селении Виндиш-Фейстриц корпус был распущен англичанами...

Но для французских роялистов корпус Принца Конде навсегда остался символом сохраненной чести и верности. Их храбростью и верностью долгу восхищались даже враги. Так, Император французов Наполеон I однажды сказал о «кондейцах»: «Они были наемниками наших врагов – это верно, но они являлись ими или считали необходимым быть таковыми ради своего Короля. Франция погубила их дело и оплакала их храбрость. Всякая преданность – есть героизм».


\ французы в рус. генералитете https://history-club.livejournal.com/443476.html \



Говоря об истории корпуса Принца Конде, трудно не отметить удивительной параллели судеб между ним и другим воинским формированием – Русским Корпусом, сформированным на Балканах в 1941 году. Впрочем, давно уже замечено, что история французской и русской революций во многом похожи. Недаром Ленин призывал большевиков во всем «подражать якобинцам 1793 года». И, действительно, подражали: убили Царя со всею Семьей, развернули по якобинскому образцу «красный террор», организовали гонения на Церковь...


Нельзя слишком увлекаться историческими параллелями. Политическую обстановку конца ХVIII века невозможно напрямую сравнивать ни с 1917-м, ни с 1941-м годами, да и самое российское Белое движение принципиально отличалось от белого движения во Франции.
Но все же судьбы добровольцев эмигрантских корпусов – французского и русского – удивительно схожи. Участники и того, и другого, являясь военной элитой своих государств, покинули родину в результате революционной смуты; и те, и другие, борясь за освобождение своего Отечества, были вынуждены получить оружие из рук иностранцев; и те, и другие прошли через горечь военного поражения...

Наконец, и те, и другие своею самоотверженностью и героизмом, бесспорно, заслужили уважение и память потомков.


---------

Еще о французах

Не все французские эмигранты-офицеры покинули Россию в 1801г. Некоторые продолжали служить индивидуально и в ходе дальнейших войн России с Наполеоном. Например, граф Шарль Жозеф де Гу де Вьомпиль был шефом Сибирского драгунского полка.

Ещё одна интересная история связана с несостоявшимся главнокомандующим русской армии и союзных войск против Наполеона – французским республиканским генералом Жаном Виктором Моро.

Моро был одним из талантливейших полководцев революционной Франции. По общим отзывам современников и оценкам историков, он не уступал Бонапарту в военном таланте. И немудрено, что они с Бонапартом воспринимали друг друга как соперники. Особенно после того, как Бонапарт в ноябре 1799 года захватил диктаторскую власть.

Моро, выйдя в отставку, завязал тайные контакты с эмигрантами. В 1804 году Бонапарт, воспользовавшись слабыми уликами, арестовал Моро, но не решился приговорить к смерти популярного генерала. Казнь была заменена изгнанием. Моро уехал в США.

Русский император Александр I, готовясь к очередной войне с Наполеоном, искал такого главнокомандующего, который самим своим именем мог придать этой войне характер освобождения Европы и Франции от власти тирана. Уже в 1806 году начались тайные переговоры русского правительства с Моро. Но только в 1813 году Моро принял, наконец, предложение Александра I стать главнокомандующим союзных армий.

Летом 1813 года Моро прибыл в Европу. Он был приглашён вначале советником в главный штаб союзников. В первом же сражении, где он участвовал – при Дрездене 27 августа 1813 года – Моро был смертельно ранен ядром. Есть легенда, что пушку на него направил сам Наполеон, разглядев изменника в подзорную трубу. Генерал Моро был погребён в Петербурге в костёле святой Екатерины.

https://cyrillitsa.ru/history/140367-kak-francuzy-voevali-za-rossiyu-protiv.html
Tags: Франция, война, история, эмигранты
Subscribe

Posts from This Journal “эмигранты” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments